Ru McGregor

Сообщество русскоязычных поклонников Юэна МакГрегора

Previous Entry Share Next Entry
Окончание интервью для Playboy
green
gingerfoxy wrote in ru_mcgregor


PLAYBOY: Ты играл дома, для семьи?

МАКГРЕГОР: Когда я был совсем еще маленьким, мама устраивала вечеринки, на которых я выступал, становясь перед стереосистемой с расческой вместо микрофона в руках. Помню, однажды в витрине магазина в Криффе увидел такой серый свитер со звездой, и подумал, как в нем было бы здорово выступать. В подростковом возрасте я часто изображал Элвиса. Я обожал Элвиса и до сих пор люблю. До сих пор замираю, если слышу его пение.

PLAYBOY: А его фильмы тебе нравились так же как и его музыка?

МАКГРЕГОР: Да, мой самый любимый «Подсобный рабочий» (Roustabout), особенно сцена в цирке, где он гоняет на мотоцикле – на какой-то дурацкой маленькой Хонде CB77, кажется. Не знаю, почему он не взял что-нибудь потяжелее, типа Харлей, это ведь американское кино.

PLAYBOY: Подростком ты играл в группе. Люди удивлялись, когда услышали, как ты поешь в «Мулен Руж», но на самом деле, ты просто вернулся в тот период своей жизни.

МАКГРЕГОР: Да, наша группа называлась «Алая гордость» (Scarlet Pride) и мне тогда было 15 или 16 лет. Обычно мы играли на школьных вечеринках и на днях рождения. Мы были просто ужасны. Исполняли песни типа «I Love Rock and Roll» Joan Jett and Blackhearts. Ее я помню лучше всего. Кажется, мы пели еще что-то из Фила Коллинза. Скорее всего «You Can’t Hurry Love». А в финале выдавали «Twist and Shout». Ну да, мы были молоды и ужасны. Я играл на ударных. На бас-гитаре играла девушка – сексапильная, с длинными волосами, симпатичная.

PLAYBOY: У группы были фанатки?

МАКГРЕГОР: Конечно, нет. Мы были безнадежны. Мы же не ездили в турне по Британии. Мы даже по Криффу в турне не ездили. [смеется]

PLAYBOY: Твои школьные учителя поощряли твой интерес к музыке и искусству?

МАКГРЕГОР: Они не давали мне заниматься музыкой и искусством, поскольку считали, что это меня отвлекает. Мне кажется, если бы я хотел стать банкиром или кем-то вроде того, то это бы меня, наверное, отвлекало, но я ведь хотел стать актером, так что искусство и музыка как раз мне и были нужны. Мне не позволяли выбирать, хотя я все равно плевал на их запреты. Из-за этого случались всякие неприятности. Я был подавлен.

PLAYBOY: И в чем проявлялась твоя подавленность?

МАКГРЕГОР: Я, конечно, не ввязывался в драки с другими, но я всячески старался показать свое неуважение к учителям. Полагаю, работа учителя состоит как раз в поощрении желания учиться. Меня же никогда на учебу не вдохновляли. Мне всегда казалось какой-то чушью то, что мне нужно было запомнить, чтобы сдать экзамены. Поэтому я дерзил учителям, что было непозволительно. Меня огорчало то, что они говорили.

PLAYBOY: А что они говорили?

МАКГРЕГОР: Однажды я сцепился с одной училкой, которая считала, что я не должен работать, раз так увлекаюсь музыкой и искусством. Типа, я должен ходить на всякие концерты и не беспокоиться о деньгах. Не думаю, что она была вправе указывать мне, чем я должен заниматься на выходных.

PLAYBOY: А где ты работал?

МАКГРЕГОР: Я работал с 14 или 15 лет, мыл по выходным посуду в отеле и получал за это деньги, и вообще, мне нравилось работать. Кроме того, я считал, что я отличный посудомойщик. Потом я стал официантом и барменом, поработал в нескольких отелях. Как-то раз летом я отгонял машины на стоянку и работал на ферме форелей, мне там нравилось. По утрам в первую очередь я кормил всех форелей в пруду. Мне и сейчас очень нравится работать, я действительно получаю удовольствие от трудной работы.

PLAYBOY: Что ты сделал с заработанными деньгами?

МАКГРЕГОР: В 16 лет я купил свой первый автомобиль. То, что я самостоятельно заработал на него, купил и содержал, дало мне некую уверенность, которая пригодилась в будущем. Сейчас меня порой расстраивают некоторые актеры, а иногда, очень редко, и режиссеры, которые, к примеру, не приходят вовремя. Нам платят бешенные деньги за работу в театре, а если повезет получить главную роль в кино, так там вообще деньги нереальные. Такое впечатление, что чем больше людям платят, тем ленивее они становятся. Они опаздывают, забывают про репетиции. Думаю, что плохое поведение актеров часто связано именно с их ненадежностью.

PLAYBOY: Как реагировали твои родители на твои проблемы в школе? Они ведь и сами учителя.

МАКГРЕГОР: Потрясающе. То есть они просто позволили мне бросить школу в 16 лет. Однажды вечером мы с мамой ехали в Крифф и она сказала: «Я поговорила с твоим отцом, и если ты хочешь бросить школу, бросай». Я-то думал, что мне придется ждать до 18 лет, так что мне показалось, будто меня досрочно выпустили из тюрьмы. Звучит немного драматично, но облегчение было невероятное. Я почувствовал, что жизнь распахнулась передо мной. Через неделю я уже работал в театре и был задействован в постановке «Путешествие в Индию».

PLAYBOY: Ты излечился от депрессии?

МАКГРЕГОР: Да. Депрессия пропала и больше не возникало проблем в отношениях. Я необычайно увлекся и впервые в жизни чувствовал, что учусь тому, чему нужно и чему я хочу. Я стал узнавать о вещах, происходящих в мире, и понял, как мало знал обо всем на свете. В 16 лет я переехал в Киркалди, где проходил курс театрального мастерства в колледже Файф. Я ходил на митинги анти-апартеида, слушал черных южно-африканцев и понял, что вообще ничего не знал об апартеиде. Как будто я впервые попал в школу в 5 лет. Там нам ничего не рассказывали об этом.

PLAYBOY: А каково тебе было уехать из Шотландии в Лондон, чтобы учиться дальше?

МАКГРЕГОР: Если возьметесь прочитать какой-нибудь рассказ о становлении актера, то действие обязательно будет происходить в Университете Гилдхолл. Я учился там три года, а потом получил работу, и это было прекрасное время. Лондон – безумное место. Очень хорошо помню наш первый день там. Прослушивание было очень трудным. Через неделю я посмотрел «Американского идола», которого до этого видеть не приходилось, это было очень похоже на прослушивание в театральную школу. Помню это ощущение, когда стоишь в той половине группы, которая осталась, и смотришь, как другая половина группы уходит. Невероятное чувство, сравнимое только с возбуждением, возникающим, когда тебе перезванивают и сообщают, что тебя все-таки взяли. Тогда они вывешивали список поступивших. На прослушивании я познакомился с одним парнем и попросил его: «Не возражаешь, если я позвоню тебе завтра вечером, и ты скажешь мне, попал я или нет?» Я сел на поезд и уехал в Киркалди, там на станции я подошел к телефонной будке, выкурил сигарету, набрал номер, и когда он сказал: «Ты в списке», я подпрыгнул до потолка. Несколько недель я просто парил. Это был величайший момент в моей жизни. Через день или два я вернулся в Гилдхолл. Я стал студентом театральной школы, и вместе со мной такие же возвышенные чувства испытывали еще 24 человека из группы.

PLAYBOY: Ты покинул университет, когда тебя взяли на главную роль в британский телесериал «Помада на твоем воротничке» Дэнниса Поттера, а потом участвовал в экранизации «Красного и черного» по Стендалю.

МАКГРЕГОР: Помню, как тогда дядя сказал мне: «Теперь ты – актер». Это было невероятно.

PLAYBOY: Какое-то время вы делили квартиру с Джудом Лоу.

МАКГРЕГОР: Это было фантастическое время. Нас было трое – я, Джуд Лоу и Джонни Ли Миллер, который сыграл Больного в «Трейнспоттинге». Полтора года я жил один в квартирке в районе Риджентс Парка. Кажется, у меня кончился срок аренды или что-то вроде того. Я должен был съехать, и поэтому мы решили снять квартиру вместе. Всем нам было лениво подыскать место получше, поэтому мы согласились на первое, что подвернулось, и это была жуткая дыра. Так как мы все были заняты работой – к счастью, всем нам повезло – мы никогда не находились в этой квартире втроем одновременно.

PLAYBOY: Все равно что иметь в соседях бортпроводника.

МАКГРЕГОР: Да, точно. Но мое самое большое воспоминание об этом месте, если не считать некоторых безумных ночей – это ванная комната. Пол был выстлан такой же плиткой, что и стены, поэтому если нужно было сходить отлить посреди ночи, в итоге частенько ты оказывался на полу. Ноги просто разъезжались под тобой. Кажется, потом мы постелили там какой-то коврик, но сначала несколько раз хорошенько грохнулись. Это было так глупо.

PLAYBOY: Кто из вас был самым большим чистюлей, если такие среди вас были?

МАКГРЕГОР: Они оба чистюли. Обычно мы убирались по выходным, и помню свое смятение, когда я просыпался с жутчайшим похмельем, а вокруг все было пропылесосено, пыль вытерта, полы вымыты. Или как они носились по квартире, когда нужно было платить по счетам. Ужасно, когда ты в таком состоянии, а другим хоть бы что.

PLAYBOY: В то время ты снялся в трех фильмах режиссера Дэнни Бойла и сценариста Джона Ходжа – «Неглубокая могила», «Трейнспоттинг» и «Жизнь хуже обычной». Позже ты разошелся с Бойлом, когда тот взял не тебя, а Леонардо ДиКаприо в «Пляж». Не восстановились ли те взаимоотношения?

МАКГРЕГОР: С теми взаимоотношениями покончено, я думаю. Очень жаль, потому что мы действительно прекрасно поработали вместе. Лучшего взаимопонимания между актером и режиссером у меня никогда не было. Но Бойл и его команда не очень хорошо поступили со мной. И дело не только в «Пляже», дело в том, что они не были честны по отношению ко мне. Это стоило нам нашей дружбы. Меня как будто лишили опоры. Проблема не в том, что они пригласили Леонардо ДиКаприо на роль. Это было неуместно. То, как они отнеслись ко мне, было абсолютно непохоже на них и на то, кем я их воспринимал. Это было предательство. Мне очень жаль, но кто знает, что бы мы могли сделать вместе сейчас.

PLAYBOY: Ты можешь разозлиться?

МАКГРЕГОР: Я не жестокий человек, но я могу очень сильно разозлиться.

PLAYBOY: Из-за чего?

МАКГРЕГОР: Всегда из-за какой-нибудь несправедливости. Я оптимист по натуре, забываю, что есть и другая сторона. Когда я сталкиваюсь с жестокостью, меня это всегда шокирует и расстраивает. Если я вижу жестокость, с чем бы она ни была связана – травля, расизм, сексизм, эгоизм – я могу рассвирепеть. Я невероятно расстраиваюсь. В моем мире просто нет места подобным вещам.

PLAYBOY: Правда, что ты отказался от участия в таких блокбастерах как «Матрица» и «Дневник Бриджет Джонс»?

МАКГРЕГОР: Я не отказывался от «Матрицы» - по крайней мере, насколько я знаю. Если я отказался, точно кого-нибудь повешу. Но я отказывался от многих проектов, которые в итоге имели успех. Я отказывался от ролей, за которые люди потом получали номинации на «Оскар», но я совершенно не жалею об этом. Если я от чего-то отказываюсь, то эта роль больше мне не принадлежит, это их роль. Я отказывался от всего почти целый год из-за путешествия на мотоциклах, и это лучшее, что я сам для себя сделал. Я скучал по всем этим делам, но это было нужно. Сейчас я на шесть месяцев погрузился в «Парней и куколок» и люди спрашивали: «Не боишься, что пропустишь какое-то кинопроекты?» Я все равно отказываюсь от какого-то фильма, если берусь за другой. Невозможно ухватить сразу все, поэтому надо наслаждаться тем, что делаешь в данный момент.

PLAYBOY: Что ты будешь делать, если однажды твоя популярность вдруг исчезнет?

МАКГРЕГОР: Популярность меня никогда не интересовала, потому что ее всегда кажется недостаточно. Нельзя проснуться утром и заявить: «Я действительно чертовски знаменит, и я действительно счастлив». Если гонишься за славой, можешь закончить отчаянием и неудачей. Некоторые готовы заплатить за это гигантскую цену, но не я. Для меня всегда главной была работа. Можно пойти спать с мыслью: «Ну вот, сегодня я сделал лучшее, на что был способен».

PLAYBOY: И часто ты так думаешь?

МАКГРЕГОР: Мне очень нравится успех. Я хорошо делаю свое дело. Со мной легко работать, я – профессионал, и горжусь этим. Мне нравится мысль, что я никому не доставляю хлопот. С этим я и засыпаю.

PLAYBOY: Ты конкурируешь с коллегами-актерами?

МАКГРЕГОР: Я не конкурирую в своей работе. Я делаю ее, так как делаю, потому что мне нравится быть настоящим профи в своем деле. Мне нравится быть на вершине в своей игре. Я люблю успех. Я испытываю гордость за свою работу. И все-таки я ни с кем не конкурирую по работе, и предпочел бы лучше предложить вам поставить на меня на мотогонках. Вот там бы я за ваши деньги постарался.

Playboy. Июль 2005

Ну разве он не чудо! :)

  • 1
самое милое шотландское чудо =) Блин весь такой мне по вкусу.. где ж изъян? =))

  • 1
?

Log in